Федерация спортивного туризма России
 

Правда и ложь о восхождении Матвея Шпаро на Мак-Кинли

Из Америки в Москву вернулась покорившая самую высокую в Америке гору Мак-Кинли группа альпинистов, включающая двух инвалидов-колясочников. О том, зачем их туда повезли, кто от этого выиграл и кто пострадал, рассказывает свидетельница подвига корреспондент Ъ Аделаида Сигида.

Лагерная пыль

Тяжелее всего было инвалидам после спуска с горы в лагере у подножия Мак-Кинли -

- прибывшему сюда после окончания экспедиции корреспонденту Ъ они рассказали, что трое суток не спали и не ели, сидели около палаток и каждому подлетающему к лагерю самолету махали руками и кричали: "Аделаида! Аделаида!" Им хотелось домой, и улететь с ледника они могли еще несколько дней назад, но прежде должны были пообщаться с корреспондентом Ъ на месте событий. Пять членов команды были уже в России -- они организовали восстание против руководителя экспедиции Матвея Шпаро, сына знаменитого путешественника Дмитрия Шпаро, и сразу после спуска с горы были высланы на родину. Оставшиеся ожидали отправки туда же с нетерпением. Особенно хотелось вернуться Игорю Ушакову, у которого еще в начале восхождения появились пролежни, и теперь все тело болело и гноилось. Врач Анатолий Соболев смазывал пролежни мазями, но это мало помогало. Да и ему самому не терпелось на родину: он всю дорогу занимался тем, что измерял у инвалидов температуру пальцев ног, чтобы они их не отморозили. И так увлекся, что не заметил, как у него самого отмерз палец на ноге и началась гангрена. Остатки пальца доктор ампутировал.

Вот еще кто остался под горой: Виктор Афанасьев, с большим энтузиазмом таскавший на себе обоих инвалидов и все снаряжение, и друг Матвея альпинист-бизнесмен Олег Банарь.

Вечером все отмечали приезд корреспондента Ъ и жены Матвея Натальи Кузьминой, который означал, что долгожданный отъезд случится уже через день, за который корреспондент осмотрит гору, чтобы описать ее в газете. Осмотр запланировали на утро. Уже в четыре часа утра в лагере послышался шум. Корреспондент Ъ быстренько вылезла из палатки, желая поскорее начать осмотр. Но выяснилось, что альпинисты не то чтобы рано встают, а просто еще не ложились. Один из членов экспедиции, невзирая на двадцатиградусный мороз, нагишом распевал песни и норовил поджечь палатку, желая таким образом согреться. Другие члены команды пытались отнять у него огонь. Наконец несчастный улегся в спальный мешок, продолжая согреваться песнями.

Пришлось осматривать окрестности в одиночку. Единственной достопримечательностью оказался туалет, представлявший собой картонный стул со спинкой, закрывающей заднюю часть тела на 30 см с трех сторон. Он стоит на самой высокой точке в лагере и хорошо просматривается со всех сторон. Место, по словам альпинистов, выбрано неслучайно: "Ночью знаешь как из палатки вылезать неохота! Выглянешь наружу -- там кто-то сидит, и дальше спишь". К тому же туалет выполняет роль маяка: за много километров спускающиеся с горы люди видят туалет и снующих вокруг него альпинистов.

История восстания

К полудню путешественники проснулись. Приготовили завтрак. Тут выяснилось, что ложек не хватает. "Это Губаев ложку увез!" -- вспомнили восходители главного диверсанта.

Александр Губаев достоин отдельного упоминания: хотя бы потому, что как две капли воды похож на президента России Владимира Путина. В команде 37-летний двойник президента оказался самой сильной личностью и возглавил упомянутое восстание. Будучи честолюбивым и властным человеком, тренер сборной Киргизии по альпинизму Александр Губаев вдобавок еще и поселился в одной палатке с Александром Агафоновым, который, как и господин Губаев, является одним из известнейших альпинистов бывшего СССР. Вдвоем они осмелились давать советы по восхождению вовсе не альпинисту, а просто путешественнику 27-летнему Матвею Шпаро, руководителю экспедиции. На советы господин Шпаро отвечал альпинистам, что они мечтали попасть в Америку, и он привез их в Америку; за это им придется тащить 50 дней на вершину груз и инвалидов. Груз -- 4 км веревки и снаряжение для инвалидов -- был вдесятеро тяжелее обычного альпинистского снаряжения. Зачинщик восстания господин Губаев сказал Матвею Шпаро, что имеет в Киргизии свой бизнес и мог бы спокойно ездить на Мак-Кинли за свои деньги хоть каждый день, но ему хотелось не просто подняться на гору, а участвовать в большой, значительной экспедиции. Матвей же, по словам господина Губаева, относился к альпинистам как к носильщикам, а сам ничего не делал, объясняя это тем, что нанял вместо себя дополнительно одного человека, а также необходимостью руководить экспедицией -- мол, для этого нужен светлый ум, не замутненный физическим трудом.

Альпинисты затаскивали снаряжение наверх в десять заходов. Грузов было слишком много, экспедиция стала невиданным ранее в истории альпинизма сидением в снегах. Вскоре пошли разговоры, что носильщик на Мак-Кинли получает $4 тыс. за одно восхождение, то есть за неделю; а за 50 дней получается $28 тыс., что несопоставимо с ценой билета в Америку, купленного Матвеем Шпаро каждому альпинисту, и с ценой скармливаемых им консервов. Дабы пресечь смуту, Матвей Шпаро решил наказать зарвавшегося Александра Губаева и отселил его от господина Агафонова, поселив первого к Максиму Богатыреву, а второго к Виктору Афанасьеву. Но этот безотказный в пионерлагере прием не дал положительных результатов. Прежде послушные альпинисты Богатырев и Афанасьев тут же попали под влияние тех, кого должны были перевоспитывать. Заговор ширился и рос на глазах.

В итоге несколько альпинистов с господином Губаевым во главе бросили Матвея Шпаро с инвалидами и одни взошли на вершину. Бросили всего на несколько часов, а потом вернулись и снова послушно поволокли снаряжение и инвалидов. Хотя могли бы просто спуститься вниз и уехать, а Матвей пусть сам разбирается со спонсорами, давшими $300 тыс. на экспедицию. Но начальник этого не оценил и объявил, что альпинисты инвалидов предали.

Великие предшественники

На Аляске существует культ восхождений, поэтому местное телевидение и газеты не интересуются политикой. Здесь пишут лишь о тех, кто при необычных обстоятельствах поднялся на гору, и тех, кто погиб там. И те и другие моментально становятся героями Аляски; выживших узнают на улицах. В этот сезон героями Аляски стали наши инвалиды, один американец, разбившийся на Мак-Кинли, и три брата-американца, попавшие под лавину на горе Фаракер. Рухнувшая на российскую экспедицию слава не давала нам спокойно ходить по улицам: жители Аляски по наличию двух инвалидов ловко определяли русских героев. Те, кто поскромнее, показывали на нас пальцем издалека, самые нахальные подходили и выспрашивали подробности. Инвалиды старательно все рассказывали, другие члены экспедиции переводили сказанное на английский.

Впрочем, кроме экспедиции Матвея Шпаро в этом году на Мак-Кинли побывали еще две группы русских. Двое альпинистов с Камчатки были наняты неким олигархом и повели его в гору уже второй раз -- год назад на высоте 5200 м олигарх начал блевать, и его пришлось спускать вниз. В этом году на высоте 5200 м он снова не выдержал. Альпинисты спускались с горы довольные: на следующий год им опять обеспечена работа. Другая группа состояла из альпинистов-бизнесменов, приехавших на Мак-

Кинли за свои деньги. Кроме того, были обнаружены славянские братья, три украинца. Но все они никоим образом не вошли в историю Аляски, ведь само по себе восхождение на Мак-Кинли давно не считается подвигом. Для покорения этой вершины не требуется специальных альпинистских навыков, и большинство восходителей -- простые американцы, весь опыт которых заключается в прочтении книги для начинающего альпиниста. Они объединяются в группу, руководит которой профессиональный альпинист. А иногда идут одни: заблудиться на горе невозможно: в мае -- июне она просто кишит восходителями. Процент успешных восхождений так низок не из-за сложности маршрута, а из-за обилия дилетантов -- каждый второй спускается с горы, просто устав на полпути.

Но наши инвалиды действительно совершили подвиг, хотя, вопреки заявлениям Матвея Шпаро, они не первые колясочники, поднявшиеся на Мак-Кинли. До них на гору поднимались многие инвалиды, в том числе известный американский безногий путешественник Эд Хоммер (Ed Hommer).

Но главный подвиг на Аляске совершил все же русский Артур Тестов. Известнейшие альпинисты мира пытались взойти на Мак-Кинли зимой, то есть в марте и апреле, но половина из них так и не вернулась. Например, однажды в феврале за $85 тыс. японский путешественник Наоми Уэмура (Naomi Uemura) упорно шел к вершине, отрезая по дороге отмороженные руки и ноги, но так и сгинул в пути. Найденные дневники этого самоубийцы стали бестселлером. Этот случай поразил воображение рязанского альпиниста Артура Тестова (произносящего свою фамилию через "э"). Он решил не просто сделать то, чего не смог сделать японец, но переплюнуть его, взойдя на вершину в декабре, когда там 70¦ мороза. Американцы, принявшие заявку на восхождение, сразу поняли, что имеют дело с идиотом. В России этого не поняли, и на выделенные Video Internatiоnal деньги в 1998 году в Америку поехали Артур Тестов, вице-президент издательства "Практика" Владимир Анич и сосед Артура Тестова, простой рязанский алкоголик, которого взяли потому, что профессиональные альпинисты идти в это опасное путешествие отказались, а алкоголик согласился, так как в горах никогда не был и вообще смутно представлял, чего от него хотят. В горах он согревался лучше всех и спокойно дошел бы до вершины -- но его оставили на полпути, строго наказав в случае, если господа Тестов и Анич не вернутся через две недели, бежать вниз за помощью, что, впрочем, было бы бесполезно. Но героическое восхождение не принесло россиянам ни денег, ни славы. В Америке не поднялось особенного шума: ведь взошли не американцы. Реформируемой России было не до героев. Но американцы все же отдали русским дань уважения -- ледоруб Артура Тестова лежит на самом видном месте в главном аляскинском музее в деревне Талкитна.

После восхождения бизнесмен Владимир Анич вернулся в Москву, алкоголик -- в Рязань, а Артур Тестов остался на Аляске жить в палатке и зарабатывать на новое героическое восхождение тяжелым трудом простого строителя камер хранения в Анкоридже. Матвей Шпаро встретил его три года назад во время своего пробного летнего восхождения на Мак-Кинли -- Артур Тестов месяц отдыхал и тусовался на вершине среди измученных и обмороженных восходителей, искал человеческого общения. В мае он приехал на старт экспедиции инвалидов и целую неделю своим присутствием радовал альпинистов и раздражал Матвея Шпаро. И когда после восхождения экспедиция прибыла в Анкоридж, все стали требовать Артура. Напрасно Матвей Шпаро объяснял, что Артур говорит преимущественно матом. Инвалиды начали подбивать корреспондента Ъ лично обратиться к Матвею с просьбой привезти Артура: сами они начальника если о чем и просили, то несмело и один раз. Например, уже в Сиэттле они как-то попросили свозить их к океану и на стриптиз (в России-то их, инвалидов, на стриптиз наверняка не пустят). Матвей все это обещал, но ни одного обещания так и не выполнил.

Но Артур был самой сильной общей мечтой, и, как свойственно массовым мечтам, вскоре материализовался. Простой рязанский парень оказался настолько нашим и родным, что хотелось упаковать его в чемодан и увезти на родину. На шее у него были вытатуированы два огромных иероглифа, означающие "дух моего брата". Брата Артура Тестова застрелили в Москве, а самому Артуру в тяжелой российской борьбе за существование выбили почти все зубы, переломали руки и вырезали полпечени. Все это господин Тестов демонстрировал с нескрываемой гордостью, чем вызвал бурный восторг и уважение у членов экспедиции. Артур Тестов сообщил, что теперь планирует взойти на Мак-Кинли не просто зимой, а еще и с северной стороны, где вообще никто никогда не бывал, а NASA по просьбе Артура разведало, что там вечная ночь и условия, близкие к марсианским. Молодой инвалид Игорь Ушаков тут же захотел идти с Артуром. Но господин Тестов взять с собой Игоря Ушакова в космические условия отказался, хоть и заявлял потом с досадой, что Матвей Шпаро благодаря инвалидам все горы объездил, а у него, Артура Тестова, из-за отсутствия инвалидов нет денег на экспедицию.

Отдых после спуска

Развлекательная программа для инвалидов не отличалась разнообразием: днем Матвей Шпаро и Олег Банарь привозили их в какой-нибудь магазин и уезжали по своим делам, связанным с бизнесом. Однако инвалиды радовались, как дети. С момента получения травмы (одним -- шесть, другим -- шестнадцать лет назад) инвалиды не были в магазине. Они радостно катались по просторным этажам супермаркетов, с любопытством рассматривая все -- от трусов до бриллиантов. У каждого из них было с собой по $100 -- деньги, огромные для инвалида, получающего от государства ежемесячно 1200 руб. пенсии. Они тщательно присматривались к заграничным товарам, мучительно раздумывали, что бы такое купить на $100, каких бы привезти домой американских подарков. Инвалиды слишком давно не ходили по магазинам в России и поэтому не знали, что покупаемые ими в Америке китайские шлепанцы и носки в России стоят втрое дешевле. Из всего увиденного в США магазины понравились инвалидам больше всего. Двери магазинов располагались прямо на земле, и до них не надо было лезть, словно на Мак-Кинли, в инвалидной коляске по ступенькам, но наши инвалиды все равно находили лестницы. Американцы кричали и бежали вызывать "скорую", когда наши инвалиды объезжали лифт и съезжали на эскалаторе, распластавшись ногами на поручнях и придерживая коляску головой.

Продажная литература

Вскоре мы узнали, в чем заключается бизнес Матвея, из-за которого он бросал экспедицию в магазинах. Оказывается, он издал дневники о своем путешествии с инвалидом по Гренландии и теперь пытался пристроить книгу, издание которой обошлось в $40 тыс. По логике Матвея Шпаро, об экспедиции в Америке должны знать, ведь когда путешественники потерпели неудачу, то спасали их американцы, а значит, покупатели найдутся. Наконец, в Сиэттле один из магазинов согласился взять 100 экземпляров книги по $16 за штуку, но с условием, что в первый день книгу будут продавать сам Матвей и инвалиды.

И торжественный день настал. В центре огромного помещения магазина был поставлен столик, около которого расположились инвалиды в ожидании благодарных читателей. Корреспондент Ъ сидела рядом, испытывая щемящее чувство стыда: словно не в магазине сидим, а на паперти. Публика, как в метро, спешила мимо по своим делам не глядя на нищих. Через час с места боевого дежурства уехал один из инвалидов. Через два, не скрывая чувства досады,-- второй. Через четыре часа были наконец проданы две книжки. Купившие их американцы умильно смотрели на снова подъехавших инвалидов: думали, что именно они шли через Гренландию. Дневники об экспедиции на Мак-Кинли Матвей Шпаро тоже намерен издать -- видимо, продавать их приедет уже со следующей партией инвалидов.

После удачной презентации Матвей Шпаро повел всех нас в ресторан и заказал лобстеров по $24 за порцию. Узнав об этом, один из инвалидов чуть не прослезился и начал умолять Матвея отдать ему $24 деньгами: "Да за такие деньги я лучше голодный в машине посижу!" Но его все-таки накормили лобстером.

Необходимое уточнение

Но вот подошел долгожданный день вылета в Россию. В аэропорту к корреспонденту Ъ подошел Матвей Шпаро и попросил об отрезанном пальце доктора не писать: оказывается, экспедиция на самом деле прошла без потерь, а палец у доктора отвалился еще раньше. Если бы такое во время экспедиции случилось, то он, Матвей, тут же завершил бы экспедицию. И пролежней ни у кого не было. И восстания альпинистов -- тоже: об этом вдруг, опровергая сказанное ими же прежде, дружно заявили сами альпинисты. Так же твердо они заявили, что в горы с Матвеем Шпаро больше ни за что не пойдут. Впрочем, подумав, добавили, что пойдут, но за деньги.

Так что все написанное выше на самом деле неправда. За исключением истории Артура Тестова.

Генеральный спонсор экспедиции -- банк "Диалог-Оптим", компании "Аэрофлот -- Российские авиалинии", Nycomed, HellyHansen, ГП "Морсвязьспутник".

Аделаида Сигида.

"Коммерсантъ" от 17.07.2002

КОНСАЛТИНГОВАЯ КОМПАНИЯ "ВЕРГЕН ГРУПП"

   

Международная федерация спортивного туризма Министерство спорта РФ Комитет неолимпийских видов спорта РФ novatour kant sportmarafonvento CAMP Russia
Rambler's Top100